Производственная компания Сонар
Охота без границ. Питерский Охотник. Сайт для всех любителей охоты и рыбалки

Вход

Верхнее меню

Теги

ДОКЛАД члена Ученого Совета ГНУ ВНИИОЗ им. проф. Б.М. Житкова РАСХН Н.В.Краева на открытом заседании Ученого Совета ВНИИОЗ 23.06.2009 г.,

 

Доклад
члена Ученого Совета ГНУ ВНИИОЗ им. проф. Б.М. Житкова РАСХН
Н.В.Краева на открытом заседании Ученого Совета
ВНИИОЗ 23.06.2009 г., посвященном обсуждению проекта
№ 66299-5 Федерального закона «Об охоте и сохранении
охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные
законодательные акты Российской Федерации» (второе чтение)

 

 

РОССИЯ - СТРАНА ЧУДЕС!

 

Сегодня членам Ученого совета института предстоит оценить законопроект № 66299-5 «Об охоте и сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (ред. на 17.06.09), подготовленный неизвестными авторами для принятия во втором чтении. Проект помещен на официальном сайте Государственной Думы РФ (www.duma.gov.ru/cnature/ohota.doc) и доступен для обсуждения широкой общественностью. Ранее ни один из предыдущих аналогичных вариантов не удостаивался такой чести.

Более чем стостраничный текст проекта содержит 13 глав (Общие положения; Охота; Предоставление расположенных в границах охотничьих угодий земельных участков и лесных участков для осуществления видов деятельности, относящихся к охотничьему хозяйству; Охотничьи соглашения; Разрешение на добычу охотничьих животных; Полномочия органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов; Управление в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов; Контроль и надзор за соблюдением законодательства в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов (охотничий контроль и надзор); Платность пользования охотничьими ресурсами; Сохранение охотничьих ресурсов; Создание охотничьей инфраструктуры и оказание охотничьих услуг; Разрешение споров в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов, ответственность за нарушение законодательства в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов; Переходные и заключительные положения) и 72 статьи.

Как вы понимаете, несколько суток, отведенных на его изучение, осмысление, оценку, выработку и формулирование предложений, явно недостаточно для основательного анализа и письменного изложения аргументации. Затрону, поэтому, лишь некоторые стороны рассматриваемого проекта.

В декабре этого года можно «праздновать» двадцатилетие начала работы над проектом закона об охоте. Нам известно более 25 вариантов этих документов с разными названиями. Характерная особенность - отсутствие последовательности и преемственности в работе: обсужденный вариант выбраковывался или «забывался», а работа начиналась с «чистого листа», с изобретения велосипеда. И так многократно. Сейчас ситуация ещё более парадоксальна. Отвергнут не только вариант, принятый Государственной Думой Федерального Собрания РФ 4 июля 2008 г. в первом чтении (что и рекомендовал сделать ВНИИОЗ год назад [1]), но, фактически, и вариант законопроекта рабочей группы, созданной Комитетом по природным ресурсам, природопользованию и экологии, которая трудилась над ним более полугода.

Несмотря на высокое качество юридико-технического оформления рассматриваемого законопроекта № 66299-5 (на многих других положительных сторонах и его новеллах останавливаться не буду), подготовленного для принятия во втором чтении, он слабо учитывает специфику охоты, ведения охотничьего хозяйства, реальные правоотношения, практику, традиции, историю развития законодательства в этой сфере и т.п. Считаю, что, по реализованной в этом проекте идеологии, концепции, он недопустим для принятия Государственной Думой ФС РФ во втором чтении. И вот почему.

 

Определения понятий. Положительно то, что сделана попытка определить основные понятия (охотничьи ресурсы; охотничьи животные; охотничье хозяйство; сохранение охотничьих ресурсов; добыча охотничьих животных; охота; орудия охоты; способы охоты; сроки охоты; продукция охоты и другие). Однако качество некоторых определений вызывает, выражаясь деликатно, недоумение, возражение, неприятие.

Стержневое понятие - «охота» определено как «деятельность, связанная с добычей охотничьих животных, их поиском, выслеживанием, преследованием, первичной переработкой и транспортировкой». Кроме того, в статье 58 указано, что «к охоте приравнивается нахождение в охотничьих угодьях физических лиц с оружием, иными орудиями охоты и (или) с продукцией охоты, собаками и ловчими птицами».

Во-первых, вызывает неприятие расширения понятия «охоты» путем отнесения (смешения с охотой) действий по первичной переработке (охотоведчески точнее - обработке), транспортировке самих животных, а не добычи (результата охоты). По такой логике, надо относить к охоте «деятельность» по зарядке или покупке патронов, водки и других продуктов, изготовлению самоловов и т.п. Представляется, что определение понятия «охота», содержащееся в действующем Положении об охоте и охотничьем хозяйстве в РСФСР (1960 г.) [2], Типовых правилах охоты в РСФСР (1988 г.) (охотой признается выслеживание с целью добычи, преследование и сама добыча диких зверей и птиц), а также в январском, февральском и мартовском 2009 г. вариантах законопроекта № 66299-5 рабочей группы - более удачно. Оно позволяет четко отграничивать котлеты от мух. Охота есть охота, а все другие действия, в том числе, к примеру, разделка туши лося, выноска из леса к дороге мяса, его вывозка, съёмка шкурки с пушного зверька, её правка, сушка и т.п., или закрытие лицензии (разрешения) после добычи животного - это уже что угодно, но не сама охота.

Во вторых, создается впечатление, что разработчики рассматриваемого законопроекта, как и Правил добывания объектов животного мира, отнесенных к объектам охоты, утвержденных постановлением Правительства РФ от 10 января 2009 г. № 18 (ред. от 25.02.09 № 171), совершенно не знакомы с обширной судебной практикой по различным нюансам законодательства о приравнивании к охоте [3] и спецификой борьбы с браконьерством .

Поскольку Правила добывания объектов животного мира устанавливают, что «"добывание объектов животного мира" - охота, в том числе выслеживание с целью добычи, преследование и сама добыча объектов животного мира, находящихся в состоянии естественной свободы, а также нахождение в естественной среде обитания объектов животного мира с заряженным расчехленным охотничьим оружием», постольку лица, задержанные в настоящее время с расчехленным, но незаряженным огнестрельным оружием в охотничьих угодьях (в том числе, в заказниках и даже в запрещенное для охоты время), не подлежат наказанию.

Формулировка рассматриваемого законопроекта предполагает другую крайность - серьёзно ущемляет права и свободы граждан, необоснованно делает даже законопослушных граждан нарушителями. Опер с табельным «макаровым», выехавший в охотничьи угодья на «мокрое дело» (убийство человека), - нарушитель, как и турист с охотничьим ножом или грибник с собачкой в наморднике, и т.п. Все они находятся или с оружием, или иными орудиями охоты, под которыми рассматриваемый законопроект понимает огнестрельное, пневматическое и холодное оружие, отнесенное к охотничьему оружию в соответствии с Федеральным законом от 13 декабря 1996 г.            № 150-ФЗ «Об оружии», а также капканы и все другие устройства, приборы, оборудование, используемые при осуществлении охоты.

Что это? Опять ошибка стрелочника? Напомню грустно-комичную ситуацию десятилетней давности. Правила оказания услуг по перевозке пассажиров, а также грузов, багажа и грузобагажа для личных (бытовых) нужд на федеральном железнодорожном транспорте, утвержденные постановлением Правительства РФ от 11 марта 1999 г. № 277, запрещая перевозку любого огнестрельное оружия ручной кладью, в составе багажа или грузобагажа, также нарушали права миллионов граждан России.

После обращения к Президенту России был получен ответ из МПС РФ, в котором сообщалось, что «на одной из стадий согласования проекта Правил была допущена техническая ошибка, лишившая охотников, по сути, возможности перевозить оружие ручной кладью: в пункте 32 перед словами «огнестрельное оружие» было утрачено слово «заряженное» (письмо от 09.11.99 № Ш-12598, подписанное заместителем Министра путей сообщения РФ). И лишь после вторичного обращения в адрес Президента РФ ошибка «машинистки» была устранена («Медвежья "услуга" охотникам». РОГ. 2000 № 2; «Виноват, как всегда, стрелочник?» РОГ. 2000. № 17; «Открытое письмо Президенту Российской Федерации В.В.Путину» РОГ. 2001. № 1).

Имеются замечания и к другим определениям. К примеру, «разрешение на добычу охотничьих животных - документ, удостоверяющий право на добычу охотничьих животных». А охотничий билет что удостоверяет и подтверждает?

Добыча охотничьих животных определена как процесс, а не как результат охоты; к охотничьим ресурсам отнесены только животные, но не включена среда их обитания (охотничьи угодья).

В институтском заключении на законопроект № 66299-5 годичной давности сообщалось, что ученые, начиная с основоположников охотоведения, за столетие не смогли различить, разграничить «спортивную», «любительскую» и «промысловую» охоты. Понятия спортивно-промыслового ряда нагружены размытыми смыслами и не поддаются определению с точностью, необходимой для нормативно-правового регулирования, поэтому представляется целесообразным отказаться от их использования в законе и т.д. В вариантах законопроекта рабочей группы это предложение было учтено, а рассматриваемым - опять отринуто и т.п.

 

Право охоты. Проект устанавливает, что «охотничий билет выдается физическим лицам, обладающим дееспособностью в соответствии с гражданским законодательством, не имеющим непогашенной или неснятой судимости за совершение умышленного преступления и ознакомившимся с требованиями охотминимума». Иначе говоря, претендент в охотники не должен сдавать экзамен (испытания), как это требует ныне действующее законодательство, а лишь под роспись должен быть ознакомлен с требованиями охотминимума, включающим правила охоты, техники безопасности на охоте, техники обращения с орудиями охоты, а также основы биологии охотничьих животных (статья 21). Таким образом, согласно законопроекту, важны не знания, а лишь формальная роспись об ознакомлении с охотминимумом.

Указание на дееспособность означает поднятие планки возрастного ценза на право охоты до 18 летнего возраста, лишение прав и существующей возможности безружейной (самоловной) охоты всех категорий граждан (в том числе относящихся к коренным малочисленным народам Севера, Сибири и Дальнего Востока), и т.д.

Лица, «имеющие непогашенную или неснятую судимость за совершение умышленного преступления», законопроектом лишаются возможности получить охотничий билет, соответственно, и право на охоту. Опять ничем не обоснованное дополнительное ограничение прав и свобод граждан. Эта формулировка дословно и бездумно перенесена из Федерального закона «О оружии». Но там она лишает указанную категорию граждан права на приобретение оружия: «лицензия на приобретение оружия не выдается гражданам Российской Федерации»,... «имеющим судимость за совершение умышленного преступления» (статья 13). Такая же формулировка в законопроекте об охоте лишает лиц, имеющих судимость, не только права охоты с огнестрельным оружием, но и права безружейной охоты (самоловами, с ловчими птицами, собаками). Чем обосновать такое скукуёживание прав, если помнить предписания Конституции РФ о том, что «права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства» (статья 55)?

В прошлогоднем заключении ВНИИОЗ на законопроект № 66299-5 указывалось, что, по сложившимся охотничьим традициям, в России многие юноши начинают охотиться со старшими родственниками с 13-15-летнего, а иногда и более раннего возраста. В это время сильна тяга к знаниям, к природе, стремление легализовать свои охотничьи устремления. В ряде стран не запрещают, а наоборот, стимулируют привлечение детей и подростков к охоте. Выделяются специальные угодья и квоты для подростковой охоты, устанавливаются льготные цены на лицензии, проводятся специальные праздники охотничьего наследия и другие стимулирующие мероприятия. Поэтому представляется, что возрастной ценз на право охоты с огнестрельным оружием должен быть решён конкретно именно в законе «Об охоте», и более либерально, чем в Законе «Об оружии». В этом же законе должно быть прописано, что право охоты, как и право на труд, отдых, как естественное право, принадлежат человеку с рождения. В трех редакциях законопроекта № 66299-5 рабочей группы эти предложения были в значительной мере учтены, а рассматриваемым проектом - отвергнуты.

Проект не говорит о том, какой орган должен разрабатывать и утверждать содержание программы охотминимума и т.д. Формулировка «основы биологии охотничьих животных» узка. Нужна также проверка знаний и умений претендентов в охотники отличать охотничьих животных от иных, особенно занесенных в Красную книгу РФ и субъектов РФ.

Лишение обществ охотников права выдачи охотничьих билетов, вкупе с аукционным принципом предоставления права долгосрочного охотпользования, предусматриваемые проектом, означает ликвидацию системы не элитарных объединений охотников. В вопросе выдачи охотничьих билетов принципиальным является не столько орган или контора, которым государство поручит выполнение данной функции, а обязательность или необязательность вступления в члены того или иного общественного объединения, которое наделено таким правом. В истории России были весьма различные принципиальные подходы в решении данного вопроса. Монопольность (что вновь предлагает реализовать проект) и множественность органов, выдающих охотбилеты (в том числе и единые государственного образца); связанность получения права на охоту (подтверждаемого охотничьим билетом) со вступлением в члены обществ охотников (другой альтернативы для большинства охотников, за исключением промысловиков, не было); множественность органов, наделенных правом выдачи охотничьих билетов, и прямое указание законодательства о том, что общества охотников обязаны выдавать охотничьи билеты и тем лицам, которые обратились за их получением, но не изъявляют желания вступить в члены этих обществ (т.е. платить вступительные и членские взносы). Вот эта последняя, наиболее демократичная модель, и должна быть вновь вытащена из анналов истории и реализована в законопроекте. Для удобства населения важно, чтобы было как можно больше органов, структур, контор, наделенных правом выдачи охотничьего билета единого федерального образца, чтобы существовала разветвленная сеть, приближенная к местам жительства граждан.

 Ответственность. Проект предусматривает, что «таксы и методики исчисления размера причиненного охотничьим ресурсам вреда утверждаются федеральным органом исполнительной власти в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов (статья 59). Поскольку «охотничьи ресурсы - объекты животного мира, которые используются или могут быть использованы как объекты охоты» (статья 1) постольку полностью выпадает (не урегулировано, образовался пробел) в регламентации возмещения вреда среде обитания охотничьих животных. Среда обитания животных является ключевым фактором в вопросах сохранения биоразнообразия и устойчивого охотпользования, но правовое регулирование правоотношений в этой сфере закон практически оставил, что называется, «за бортом». Если бы в определении охотничьих ресурсов присутствовали не только животные, но и среда их обитания (или охотугодья), о чем я уже говорил, то указанный пробел в законе не образовался бы.

Проект наделяет правом утверждения такс и методик только федеральные органы, а как быть с субъектовыми органами, которые во многих вопросах прогрессивнее, компенсируют нерасторопность, неуклюжесть действий многих федеральных органов (достаточно напомнить про январские, 2009 г., Правила добывания, над которыми потешалась вся страна, или приказ Минсельхоза России от 12 марта 2009 г. № 97, утвердивший форму бланка путевки, которая не может быть использована как бланк строгой отчетности вместо контрольно-кассовой техники, и т.д.).

Например, в Башкортостане установлено, что за незаконное уничтожение (вырубку) глухариного тока или разрушение медвежьей берлоги установлено взыскание в размере 100 минимальных месячных оплат труда, установленных федеральным законом (далее - МРОТ), чего нет в федеральном законодательстве, и т.п. (здесь и далее я оттеняю только вопрос о целесообразности некоторых подходов, не касаясь аспектов их законности, - многое из того, что непозволительно региону, допустимо для федерального законодателя). Или другой вопрос: «Подлежит ли взысканию ущерб, связанный с недополучением потомства (добыта самка с эмбрионами)»? В январе 2009 года гражданин Ф. выследил самку лося и без соответствующей лицензии произвел её незаконный отстрел. При осмотре было установлено, что в утробе лосихи находились два эмбриона. С учетом этого ущерб, причиненный преступлением, составил 44 900 рублей (по федеральным минсельхозпродовским таксам 1999 г. можно насчитать только 5 000 руб.). Кроме этого, суд назначил подсудимому наказание в виде штрафа в размере 50 тысяч рублей [4]. В Башкортостане установлено, что «в случае незаконной добычи самок диких животных в весенний и летний периоды» ущерб взыскивается в тройном размере по сравнению с размером установленных взысканий [5].

Следующий не урегулированный законопроектом вопрос. А как поступать с незаконно добытой продукцией? Оставлять её нарушителю и взыскивать с него стоимость или обязательно изымать, а после изъятия ломать голову над тем, как сохранить, как вывезти, куда сдать, чем отчитаться и т.п.? Действующее федеральное законодательство регламентирует только один аспект, и далеко не лучшим образом - изымать, уничтожать и никаких взысканий. Тем не менее, например, в Московской области установлено, что в случае незаконной добычи диких копытных животных и медведя вся незаконно добытая продукция изымается и подлежит утилизации. Нарушитель возмещает стоимость этой продукции из расчета двух МРОТ за 1 кг веса мясной туши, умножаемых на следующие средние массы мясных туш: кабан - 60 кг; косуля - 30 кг; лань - 50 кг; лось - 170 кг; олень благородный (марал, европейский) - 100 кг; олень пятнистый - 60 кг; медведь бурый - 130 кг, а также стоимость ее утилизации. В случае незаконной добычи любых видов пушных зверей нарушитель возмещает стоимость этой продукции из расчета средней рыночной цены на шкурки соответствующих видов животных. Незаконно добытые тушки зайцев и пернатой дичи остаются в распоряжении нарушителя, но с него взыскивается их стоимость из расчета (за 1 тушку): заяц, глухарь, гусь - 10; тетерев - 5; рябчик, перепел, куропатка, утка - 3 МРОТ [6].

Куда должны поступать суммы, взысканные в возмещение вреда, на что они должны использоваться (целевое назначение - на возмещение потерь в природе или «в бездонные закрома Родины», как это предусмотрено федеральным законодательством сейчас)? Актуальность законодательного решения этого вопроса в пользу реального восстановления причиненного вреда природе и ее компонентам неоднократно подчеркивалась крупнейшими учеными-юристами (О.С.Колбасов, С.А.Боголюбов, А.К.Голиченков, М.И.Васильева, М.М.Бринчук и другие). На заседании Коллегии Счетной палаты России при рассмотрении отчёта о результатах аудита эффективности охраны окружающей среды в Российской Федерации в 2005-2007 годах отмечено, что динамика основных экологических показателей развития России показывает увеличение негативного воздействия на окружающую среду. Наблюдаются тенденции сокращения видового биологического разнообразия и изменения состояния окружающей среды, значительно ухудшаются условия проживания населения. Законодательство не в полной мере обязывает природопользователей снижать негативное воздействие на окружающую среду, выполнять природоохранные и восстановительные мероприятия в полном объеме [7]. Поэтому представляется целесообразным восстановить существовавшие ранее нормы о том, что денежные средства от исков, штрафов, от реализации конфискованных шкур, мяса и другой продукции охоты, от реализации конфискованного оружия, орудий охоты, транспорта и других орудий незаконного добывания объектов животного мира, а также суммы возмещенного ущерба, нанесенного среде обитания, местам размножения, миграционным путям и местам сезонных концентраций диких животных, зачисляются на специальные счета и расходуются на охрану и воспроизводство животного мира и среды его обитания [8].

Перечислять крупные и мелкие недостатки проекта можно долго. К примеру, уполномоченный федеральный орган исполнительной власти в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов согласовывает (не утверждает единые для всех субъектов РФ, а именно согласовывает!!!) квалификационные требования к руководителям органов исполнительной власти субъектов РФ, осуществляющих переданные полномочия в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов (среда опять отсутствует) и их назначение на должность (пункт 5 статьи 34). Какая замечательная коррупциогенная норма и сколько мзды могли бы собрать чиновники упраздненного Охотдепартамента Минсельхоза России, претворись она в жизнь!

 Но полагаю, что, несмотря на возможную дискуссионность некоторых моих утверждений, в целом вывод напрашивается лишь один - недопустимо принятие законопроекта № 66299-5 «Об охоте и сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (ред. на 17.06.09) Государственной Думой ФС РФ во втором чтении без его существенной переработки. Это и предлагаю отразить в решении Ученого совета ГНУ ВНИИОЗ им. Б.М.Житкова.

 

Благодарю за внимание, с которым меня выслушали!

 

Биолог-охотовед, зав. отделом «Хозяйство и Право»
Всероссийского научно-исследовательского института
охотничьего хозяйства и звероводства им. проф. Б.М. Житкова
Россельхозакадемии, кандидат юридических наук,
обладатель звания «Старший научный сотрудник
по специальности 12.00.06 - колхозное, земельное, водное,
лесное и горное право; правовая охрана природы»,
присужденного ВАК при Совете Министров СССР

Н.В.Краев

 


[1] Позиция института, выраженная в Заключении на законопроект № 66299-5 «Об охоте», одобренном Ученым советом ВНИИОЗ 25 июня 2008 г., опубликована в журналах: Экологическое право. 2008. № 4. С. 22-28; Бюллетень «Использование и охрана природных ресурсов в России». 2008. № 4. С. 39-41; Охота. Национальный охотничий журнал. 2008. № 8. С. 12-15; Охота и охотничье хозяйство. 2009. № 1. С. 6-10; и в других изданиях).

[2] При подготовке выступления автор использовал базы федерального и регионального законодательства, комментарии законодательства СПС «КонсультантПлюс». Документы, упоминаемые в выступлении, взяты из указанных источников.

[3] Решения Верховного Суда РФ: от 24.07.2008 № ГКПИ08-1338; от 11.11.2008 № ГКПИ08-1683; определения Верховного Суда РФ от 20.06.2003 № 60-Г03-12; от 23.10.2008 № КАС08-551; от 21.01.2009 № 82-Г08-5; от 27.01.2009 № КАС08-709 и другие).

[4] Сообщение Прокуратуры Республики Карелия «Браконьер осужден за убийство лосихи» (http://prokuratura.karelia.ru/news_folder.php?itemId=6253&docId=5636).

[5] Постановление Кабинета Министров от 25 сентября 1995 г. № 357«Об утверждении исков и такс для исчисления размера взысканий за ущерб, причиненный животному миру Республики Башкортостан и среде его обитания» в ред. постановления Правительства РБ от 26.05.2008 № 172.

[6] Пункты 55-57 Правил охоты в Московской области, утвержденных распоряжением Минсельхозпрода Московской области от 07.06.2008 № 18.

[7] Сайт Счетной палаты Российской Федерации. Новости от 21 мая 2009 г. http://www.ach.gov.ru/ru/news/archive/20090521-1.

[8] См., например, пункт 4 упоминавшегося постановления Кабинета Министров Республики Башкортостан от 25.09.95 № 357 (ред. от 26.05.2008).