Компания ОнНет комьюникейшнс предоставляет услуги на основании лицензий, выданных Министерством информационных технологий и связи РФ: Лицензия  42215 Телематические услуги связи; Лицензия  43502 Услуги местной телефонной связи, за исключением услуг местной телефонной связи с использованием таксофонов и средств коллективного доступа. Услуги Интернет позволяют клиенту получить быстрый обмен электронными сообщениями, доступ к различным страницам или серверам сети, получить дополнительные услуги, такие как создание собственных WEB-страниц, WWW и FTP-серверов, и регулярно получать новости.Подключив услугу выделенного доступа в сеть Интернет, Вы получаете высокую скорость доступа в сеть, свободный телефон и возможность получения неограниченного количества информации, доступной в Интернете.Подключив услугу местной телефонной связи, Вы получаете доступ к высококачественной связи, обеспечивающей быстрое и свободное соединение с любыми абонентами.Наша компания предлагает Вам семизначный номер городской телефонной сети Санкт-Петербурга, быстрое подкючение к сети и оперативную техническую поддержку.Услуги виртуальных сервисов мы стараемся предоставлять на основе свободного программного обеспечения. Над улучшением функциональности СПО постоянно работает большое количество разработчиков по всему миру.Одним из плюсов такого подхода является то, что при необходимости клиент может установить аналогичный пакет локально в своем офисе и пользоваться обширным функцоналом без необходимости переучиваться.
Охота без границ. Питерский Охотник. Сайт для всех любителей охоты и рыбалки

Вход

Верхнее меню

Теги

Глава IX. Влияние охоты на изменение состава поголовья животных

 

Мы рассмотрели четыре группы способов охоты, основанной на различных приемах добывания Животных, и разобрали некоторые причины, определяющие ту или иную избирательность отстрела зверей и птиц разного пола, возраста и биологической полноценности при разных способах охоты. Наши охоты проводились в самых различных областях и республиках Советского Союза. Избирательность же отстрела определялась в целом по видам дичи и способу охоты вне зависимости от того, где она проводилась. Возникает вопрос — сохраняются ли установленные нами для каждого способа охоты характерные черты избирательности добычи дичи в разных районах?

Оказывается, что вне зависимости от того, где проводится охота, типичные для определения ее способа Особенности отстрела зверей и птиц остаются неизменными.

Стрельба крякв при охотах с подхода проводилась нами в разных местах — в центральных областях страны, в Белорусской ССР и в Астраханской области. Во всех этих местах в добыче преобладали молодые птицы и самки. Везде попадало под выстрел довольно большое количество биологически неполноценных птиц (табл. 37).

Таблица 37

Результаты отстрела кряквы в разных районах при охоте с подхода

Район отстрела

 

В том числе, %

Всего добыто крякв

по возрасту

по полу

по селекционному составу

молодых

старых

самцов

самок

здоровых

неполноценных

Центральные области СССР

82

84

16

42

58

89

11

Белорусская ССР

184

76

24

31

69

88

12

Астраханская область

66

81

19

38

62

97

со

Следовательно, в трех различных районах охота с подхода сохраняла по избирательности отстрела свои основные черты.

Охота с подхода на рябчика в Бурятской АССР и Эвенкийском национальном округе Красноярского края дала, примерно, те же результаты: в первом случае молодые рябчики в добыче охотников составляли 79, во втором — 82%; самки соответственно — 58 и 66%. В Бурятской АССР и Эвенкийском национальном округе от 4 до 5% убитых рябчиков было с дефектами.

Из 89 тетеревов, добытых при ходовых охотах в Подмосковье, молодые птицы составляли 95%, самцы — 63%, а дефектные особи — 22%. Из 218 тетеревов, добытых в Белоруссии, молодых было 96%, самцов — 69% и птиц, страдающих какими-либо физическими недостатками — 22%. Таким образом, закономерности избирательности отстрела, присущие ходовым охотам сохранялись вне зависимости от того, где эти охоты проводились.

То же отмечается и при охоте на перелетах. При сравнении результатов добычи ряда видов уток, полученных в Астраханской и Брестской областях, это видно достаточно ясно (табл. 38).

Указанные нами места проведения охот расположены друг от друга на расстоянии несколько тысяч километров; они резко различаются по составу угодий и являются местами гнездования и пролета разных популяций водоплавающей дичи. Однако во всех этих местах охота на перелетах вела к избирательному отстрелу птиц определенного пола, возраста и биологической полноценности, причем соотношения были очень близкими.

Охоты на рябчика с манком и в Бурятии, и в Эвенкийском национальном округе, и в Подмосковье вели к преимущественному отстрелу молодых птиц, при этом почти исключительно самцов.

Итак, где бы ни проводилась охота, отдельные ее способы всегда определяют типичную для каждого из них избирательность добычи животных (самцов или самок, молодых или старых, здоровых или больных особей), которая не увязывается с численным соотношением указанных групп животных в популяциях дичи. Даже при опромышлении в одни и те же сроки одних и тех же угодий состав добытой дичи при разных способах охоты бывает различным.

Таблица 38

Результаты отстрела уток в разных районах при охоте на перелетах

Виды уток

Всего добыто птиц

В том числе, %

Молодых

Самок

Биологически неполноценных

Астраханская область

Кряква

319

66

44

Чирок-свистунок

151

55

57

Серая утка

62

64

48

Шилохвость

51

53

35

Широконоска

28

68

39

Свиязь

17

65

41

Чирок-трескунок

49

61

45

Брестская область

Кряква

223

68

47

Чирок-свистунок

191

60

60

_

Серая утка

74

60

51

Шилохвость

80

50

46

3

Широконоска

30

63

60

3

Свиязь

46

63

46

4

Чирок-трескунок

40

67

47

 

Так, в октябре и ноябре 1967 г. на одном из участков дельты Волги мы специально провели охоту на уток параллельно с подхода и на перелетах. При охотах с подхода была убита 61, при охотах на перелетах — 91 утка. В обоих случаях добывались кряквы, чирки-свистунки, серые утки, шилохвости и широконоски. Результаты этих отстрелов показали следующее. При охоте с подхода молодые птицы составляли 80%, самки—62%, а биологически неполноценные особи — 23% всех убитых уток. При охоте на перелетах молодых было добыто 60%, самок — 47% и дефектных экземпляров менее 1% общего числа отстрелянных птиц. Следовательно, типичная для каждого из способов охоты картина избирательности добычи выражена ясно.

Не менее убедительное подтверждение этого дает анализ результатов охоты на рябчика. Во все годы и во всех районах их проведения отстрел рябчиков осуществлялся параллельно с помощью манка и с подхода: если охотник слышал только голос рябчика, то пытался его подманить; если замечал взлетевшую и укрывшуюся на дереве птицу, то стрелял по ней. Опять-таки опромышлявшиеся популяции этого вида дичи были одни и те же, способы охоты — различные.

При этом были получены весьма характерные результаты. Среди убитых с подхода рябчиков преобладали молодые и самки; значительным был процент дефектных особей. Рябчики, подлетевшие на звук пищика, были почти исключительно самцами, причем самцами молодыми. Это является подтверждением того, что избирательность отстрела при равных способах охоты сохраняет присущие ей черты вне зависимости от состава популяции дичи, на которую ведется охота.

Итак, установлено, что различные способы добычи зверей и птиц ведут к неравномерному опромышлению отдельных частей популяций этих животных. Одни из них определяют преимущественный отстрел самок и молодых экземпляров, другие, наоборот,— самцов и особей достаточно взрослых; в одних случаях из поголовья изымается значительное количество биологически неполноценных зверей и птиц, в других—отстрел идет за счет наиболее активных и здоровых экземпляров.

Чтобы все это представить себе более наглядно, сведем ранее приведенные данные в единую таблицу (табл. 39).

Можно предположить, что если на протяжении ряда лет охота ведет к преимущественному отстрелу какой-то определенной (по возрасту или полу) группы животных, то численность этой группы и ее удельный вес в популяции должны постепенно уменьшаться. Проследить за тем, как под воздействием охоты изменяются возрастной или половой состав поголовья дичи, задача исключительно сложная. У большинства мелких видов охотничьих зверей и птиц возраст и пол отдельных экземпляров установить можно только после их отлова или отстрела, внимательного осмотра, а иногда даже только подвергнув его другим, более сложным методам обследования. Однако, поскольку в любом способе добычи могут таиться элементы избирательности, в руки исследователя могут попадать животные, численный состав которых далеко не тождествен их составу в популяции. Например, высокий процент самцов среди убитых при ходовых охотах тетеревов или фазанов нельзя считать доказательством того, что в природе их больше, чем самок. Просто при данном способе охоты самцы чаще попадают под выстрел.

Значит, состав убитых или пойманных животных может характеризовать состав их популяции только в двух случаях: или если эта популяция взята целиком, как это было сделано в Дании, где поголовье косуль из Кэло было подвергнуто полному отстрелу; или если способ добычи обеспечивает совершенно равномерный отстрел или отлов всех возрастных и половых групп животных. Такой способ (отлов почти невидимыми для птиц паутинными сетями) был применен в Англии для определения полового и возрастного состава зимующих в Кембриджшире дроздов (Филлипс, 1961).

Метод визуальных наблюдений и учетов также не всегда может дать нужные материалы. Уже к началу осени молодые особи многих видов дичи по внешнему виду перестают отличаться от старых.

Таблица 39

Избирательность отстрела животных при разных способах охоты

Вид дичи и способ охоты

Преобладающие экземпляры добытой дичи

по возрасту

по полу

Водоплавающая дичь, охота с подхода

Молодые

Самки

Боровая дичь, охота с подхода

Молодые

Самцы (тетерев) Самки (рябчик)

Полевая дичь, охота с подхода

Молодые

Самцы (фазан)
Самки (серая куропатка)

Зайцы, охота с подхода 

Молодые

Самки

Водоплавающая дичь, охота на перелетах

Взрослые

Самки

Зайцы, охота с гончими и загоном

Молодые

Самцы

Водоплавающая дичь, охота с чучелами

Молодые

Самки

 Рябчик, охота с манком

Молодые

Самцы

 Белка, охота с лайкой

Взрослые

Самцы

Боровая дичь, охота с лайкой

Молодые

Самцы

Распознать тех и других на расстоянии — на земле или в полете — становится невозможно так же, как и отличить самцов от самок у видов со слабо выраженным половым диморфизмом. Сделать это удается только у животных, самцы которых по окрасу резко отличаются от самок. Есть и еще причина, затрудняющая выяснение воздействия охоты на структуру популяций дичи, а именно: большинство видов охотничьих животных добывается у нас многими способами, избирательность которых в ряде случаев прямо противоположна. В итоге и результаты разных способов охоты наслаиваются друг на друга и сглаживают те последствия, которые вызывает в составе популяции каждый способ охоты в отдельности.

Например, при охоте с манком на рябчика мы берем почти исключительно самцов. К чему это ведет, значительно легче было бы проследить, если бы одновременно в тех же местах не практиковалась охота на рябчика с подхода без манка, при которой под выстрел попадают в основном самки. Ходовые охоты на зайцев ведут к преимущественному отстрелу зайчих, и последствия этого мы, вероятно, скоро заметили бы, если бы на зайцев не охотились загоном или с гончими и не брали бы при этом главным образом самцов.

Если бы не весенние охоты на селезней, повышенная добыча самок водоплавающей дичи осенью, вероятно, уже давно вызвала бы значительные изменения полового состава в популяциях многих видов уток.

Однако найти места, где опромышление какого-либо вида дичи идет с помощью какого-то одного способа охоты, практически почти невозможно. Кроме того, многие виды наших охотничьих птиц на зиму улетают за пределы Советского Союза. Мы ничего не знаем о том, как, какими способами, с какой интенсивностью идет их добыча в Местах зимовок. По-видимому, именно с этими трудностями методического характера связано то, что работ, посвященных изучению половой и возрастной структуры популяции охотничьих животных и изменению этой структуры под воздействием охоты, имеется мало.

Разобраться в этом вопросе, вероятно, легче на примере тех видов дичи, которые не покидают на зиму пределов нашей страны, т. е. видов оседлых, и тех из них, для которых характерна одна и та же избирательность отстрела при разных способах охоты. К таким видам можно прежде всего отнести тетерева и серую куропатку (см. табл. 40). И тот и другая круглый год живут на более или менее ограниченной площади угодий. Характерно, что все способы охоты на тетерева (с подхода, с лайкой, на токах) ведут к преимущественной добыче самцов. На серую куропатку практикуется в громадном большинстве случаев только ходовая охота, при которой самок берут чаще самцов.

Итак, каково же влияние охоты на половой состав поголовья тетеревов?

В 1929 ,г. в заготовках тетерева по бывшей Томской губернии было отмечено значительное, доходившее до 70% всех добытых птиц преобладание самок. С. А. Северцев (1941) считал, что это явление было связано с предварительным многолетним избирательным отстрелом косачей, удельный вес которых в популяции тетерева в конце концов резко снизился. С этим предположением можно согласиться, поскольку мы видели, что при ходовых охотах и охотах с лайкой самцов этого вида всегда убивают больше, чем самок.

Вернёмся к данным учета численности и полового состава тетеревов, приведенных нами в III главе (табл. 13). Мы видели, что соотношение самцов и самок среди взрослых птиц, учтенных в конце лета по отдельным охотничьим хозяйствам, весьма различно: 38% самцов и 62% самок, 54% самца и 46% самок. Не связаны ли колебания этого соотношения косачей и тетерок с разной интенсивностью эксплуатации поголовья тетеревов в том или ином хозяйстве?

Рассмотрим хозяйства, по которым у нас имеются сведения об общем направлении в них охотхозяйственной деятельности, и подразделим их на две группы. В первую войдут хозяйства, в которых запасы тетерева либо не опромышляются вовсе, либо охоты на этот вид носят разовый, случайный характер: Владимирское опытно-показательное охотничье хозяйство Росохотрыболовсоюза, Озерецкое охотничье хозяйство ВВОО, заказники Кокчетавской области (охота на тетерева в них запрещена уже несколько лет назад) и Весьегонское охотничье хозяйство ВВОО, где основная масса охотников занимается стрельбой по водоплавающей дичи.

Во вторую группу хозяйств войдут те, в которых тетерев служит одним из ведущих объектов охоты. Это Тоененокое и Привуоксинское охотничьи хозяйства Ленинградского общества охотников и рыболовов, Лотошинское охотничье хозяйство ВВОО и Загорское опытно-показательное охотничье хозяйство «Смена» МСХ СССР. Посмотрим, какое же было половое соотношение взрослых тетеревов в этих двух группах хозяйств (табл. 40).

Таблица 40

Половой состав взрослых тетеревов в хозяйствах с различной интенсивностью охоты на тетерева

Группа хозяйства

Охотничье хозяйство

Учтено взрослых тетеревов

В том числе, %

самцов

самок

I

Запасы тетерева не осва

Владимирское 

29

48

52

Озерецкое

29

51

49

Заказники Кокчетавской обл.

38

50

50

Весьегонское

35

54

46

В целом по группе

131

51

49

II

Запасы тетерева, осваиваются

Тосненское

37

38

62

Привуоксинское

39

44

56

Загорское 

50

42

58

 Лотошинское

40

42

58

В целом по группе

166

41

59

В хозяйствах первой группы косачи и тетерки встречались примерно в равных соотношениях (51—49%). Во второй группе хозяйств косачей было значительно меньше, чем тетерок (41—59%). Такая разница объясняется тем, что там, где на тетеревов много охотились, усиленный отстрел самцов привел к изменению полового соотношения в популяции в пользу самок (1 : 1,4). В местах же, где охоты не было, соотношение полов осталось близким 1 : 1.

В Бурятской АССР и Эвенкийском национальном округе Красноярского края зимние учеты в стаях тетеревов птиц разного пола не доказали заметной разницы в количестве самцов и самок. Из 655 наблюдавшихся птиц косачей было 317, или 48%, самок — 332, или 52%. Запасы тетерева в указанных районах осваивались очень слабо.

Примерно такую же картину мы получили и в Каменецком районе Брестской области в 1959 г.: из 189 учтенных тетеревов было 94 самца и 95 самок. До этого года взятая под наблюдение популяция тетеревов в течение нескольких лет почти не опромышлялась. Ежегодно весной на токах добывали лишь несколько косачей. С осени 1960 г. стали широко практиковаться охоты на тетерева с подружейной собакой. Эти охоты интенсивно проводились до осени 1963 г. включительно и привели к прогрессирующему снижению удельного веса самцов в популяции тетерева. Так, при зимних учетах самцы составляли в I960 г.— 45%, в 1961 г.— 35%, в 1962 г.— 32% и в 1963 г. — 28% всех учтенных птиц, число которых ежегодно было довольно большим (от 200 до 350 тетеревов), вследствие чего маловероятна возможность серьезных просчетов.

Таким образом, влияние избирательности отстрела косачей на их удельный вес в составе опромышляемого поголовья тетеревов не подлежит сомнению.

На той же территории, где проводились опытные отстрелы тетерева, была проведена аналогичная работа и по серой куропатке, общая численность которой на взятом под наблюдение участке (кстати, в значительной мере изолированном от окружающих угодий) осенью 1960 г. составляла около 60 птиц. В 1960 г. было взято 18 куропаток, т. е. около трети всего поголовья. Из них самок было 12, или 66%. В июле 1962 г. численность куропаток на участке сократилась примерно до 50. В августе и сентябре было отстреляно 19 птиц, т. е. опять свыше 30% общей численности. При этом самок было убито 12, или 63% всех взятых птиц. В июле 1962 г. число серых куропаток уменьшилось до 40; из них было убито 14, при этом удельный вес самок упал до 58% (8 птиц). Таким образом, при малой численности в популяции трехлетние отстрелы серой куропатки явно изменили половое соотношение птиц в пользу самцов. Об уменьшении общего количества самок свидетельствовало не только уменьшение их процента в добыче, но также и ежегодное уменьшение количества выводков на взятой под контроль территории: в 1960 г. выводков было 6, в 1961 г. — 5 и в 1962 г.— только 3.

Те же. результаты получены и при проведении охоты на серую куропатку в другом участке приписной зоны ГЗОХ Беловежская пуща: в небольшом (до 100 га) полуосушенном торфяном болоте, окруженном большими по площади массивами леса, в 1961 г. было обнаружено два выводка серых куропаток общей численностью 17 птиц. Из них в ту же осень было убито 8 куропаток — 3 самца и 6 самок. На следующий год здесь опять было два выводка (8 и 12 птиц) и один старый одиночный самец. Снова было отстреляно 14 птиц — 7 самок и 4 самца. Осенью 1963 г. на участке было поднято 3 серых куропатки без выводков. К сожалению, взять ни одной из них не удалось и пол их остался неизвестен.

Об изменении соотношения полов в популяции серой куропатки в результате избирательного отстрела самок свидетельствует и анализ ряда литературных материалов.

В одном из охотничьих хозяйств Чехословакии (Мотл и Крейчи, 1968) с 9 по 11 сентября при охотах с подхода было убито 1658 серых куропаток. Из них старые самцы, которые при этом,способе охоты обычно реже всего попадают под выстрел, составляли 36%, т. е. более трети всех взятых птиц, В числе старых куропаток самцов было почти вдвое больше, чем самок. В то же время среди молодняка самок было 422, а самцов 254, т. е. первые составляли 62%, а вторые только 38% —соотношение полов типичное для серых куропаток, добывающихся при ходовой охоте.

Преобладание самцов среди взрослых серых куропаток в Финляндии в местах, где запасы птиц интенсивно осваиваются в ходе охоты, отмечает Э. Пуллиайнен (1969); В. Логминас и А. Петрайтис (1969) отмечают то же в Литве. Изучение ими в течение 9 лет структуры популяции серой куропатки показало, что в группе взрослых птиц самцов в 2,7 раза больше, чем самок (самцов 13,6%, самок 5,0%).

По данным С. Мотла (1970), в октябре соотношение полов в популяции серой куропатки таково: самцов 50,9%, самок 49,1%. К февралю оно меняется и самцы составляют уже 55,3%, а самки только 44,7% числа учтенных птиц.

Прямо противоположную картину этот же автор приводит по изменению полового состава фазанов. Поскольку для этого вида типичен избирательный отстрел самцов, удельный вес их от октября к февралю падает с 32,7% до 17,8%.

Р. Антони (1970) отмечает, что для виргинской куропатки характерно заметное изменение соотношения самцов и самок в течение отдельных сезонов года: весной среди молодых куропаток самок больше, чем самцов (0,92: 1,0). За год в результате повышенной гибели самок соотношение увеличивается в пользу самцов (1,83 : 1,0), что во многом зависит от способа охоты.

По-видимому, там, где серая куропатка является постоянным объектом охоты, избирательность отстрела самок ведет к изменению состава популяции в сторону преобладания самцов.

Результаты избирательного отстрела заметны и при анализе состава поголовья некоторых других видов дичи. В Илийском и Карачингильеком охотничьих хозяйствах Алма-Атинской обл., в Нухинском, Бардинском и Куеарском хозяйствах Азербайджанской ССР, где охоты на фазана проводятся регулярно, среди взрослых птиц этого вида преобладают самки. Усиленный отстрел самцов ведет к тому, что весной они составляют в среднем только 44% поголовья фазанов.

В то же время в открытых фазанариях, где никакой охоты не проводится, а выпущенные весной в угодья взрослые птицы и их потомство осенью полностью отлавливаются для частичной реализации и зимней передержки, количество самцов бывает примерно равным количеству самок. Наблюдения велись в фазанарии Беловежской пущи, где все молодые птицы летом обитали на обширном огороженном участке угодий, специально созданных для этой цели. Осенью 1960 и 1961 гг. было поднято или наблюдалось на земле в общей сложности 313 фазанов. Из них 152 (48%) были самцами и 161 (52%) самками. Такую же картину мы видели и в других фазанариях.

Мы уже ссылались на данные ряда авторов, свидетельствующие о том, что весной в популяциях многих видов уток преобладают самцы, что объясняется преимущественной добычей самок при большинстве способов осенней охоты. Весенняя же охота в последние годы либо ограничивалась лишь десятидневным сроком, либо вообще запрещалась, поэтому весенний отстрел селезней не мог компенсировать результаты осенних охот.

В 1969 г. Б. Андерсеном был определен пол и возраст 2180 нырков двух видов — американского и воротничкового,— погибших в результате загрязнения нефтью вод реки Миссисипи.

Американских нырков было просмотрено 1733; из них самцов оказалось 1289, самок — только 444, т. е. первых было почти в 3 раза больше, чем вторых. Воротничковых нырков осмотрено меньше — всего 447; из них самцов было 282, самок—165, или соответственно 63 и 37%.

Американский нырок в США и Канаде является одним из основных объектов охоты на водоплавающую дичь. Охоты эти проводятся исключительно осенью, и вполне закономерно предположение, что резкое преобладание селезней в популяции этого вида—следствие многолетней избирательной добычи самок, типичной для осенних охот. Р. Клемент (1969), также определявший половое соотношение в поголовье этого вида уток, установил, что самцы составляют 69, самки — 31% в популяции. Он же, ссылаясь на. мнение ряда специалистов, указывает, что такое соотношение полов настолько снижает темпы прироста численности популяции, что ставит ее под угрозу гибели.

Воротничкового нырка добывают менее интенсивно, однако и здесь заметно в популяции преобладание самцов.

Ю. А. Исаков (1969) приводит материалы о степени охотохозяйственного использования четырех географических популяций водоплавающей дичи: европейской черноморско-среднеземноморской; северной беломорско-североморской; сибирской казахстано-пакистано-индийской и западносибирской каспийско-нильской. Для каждой из них- были установлены общая численность водоплавающих перед началом охоты и перед отлетом к зиме за пределы страны. Соотношение таково: перед началом охоты — 11,6 млн., после конца охоты— 1,5—2 млн. птиц. Добыча составляет примерно 85% летнего поголовья.

За европейской черноморско-средиземноморской популяцией по интенсивности охотохозяйственного освоения идет популяция западносибирская каспийско-нильская. Численность ее около 6,7 млн. птиц, а к зиме только около 2 млн., т. е. добыча равна 71 %.

На третьем месте сибирская-казахстано-пакистано-индийская популяция —около 7,3 млн. птиц, из которых на зимовку улетает 2—2,5 млн. Добычей становятся здесь 69% летней численности птиц.

Наконец, меньше всего используются запасы водоплавающей дичи северной беломорско-североморской популяции. Из составляющих ее 8,4 млн. особей осенью в страны Европы улетает 6 млн. птиц; добыча, следовательно, не превышает 29% летней численности.

Однако количественные показатели добычи водоплавающей дичи с момента начала охоты и до отлета птиц на зимовку, приведенные Ю. А. Исаковым, на наш взгляд, не соответствуют действительности, даже если допустить, что к местам гнездовий весной возвращаются все улетевшие осенью экземпляры (чего никогда не бывает, так как часть уток во время перелета обязательно погибнет). Предположим, что 2 млн. птиц европейской популяции, вернувшись с зимовок, при самом интенсивном размножении (прирост 400% весеннего поголовья) смогли бы к осени увеличить свою численность максимум до 8 млн. Значит, в течение одного только года осенняя численность водоплавающих упала бы с 11,6 до 8 млн. особей, или на 31%. В действительности же с зимовок вернется не 2 млн., а самое большее 1,5 млн. птиц, и при обычном приросте 300% сокращение это будет еще большим. От 11,6 млн. водоплавающих через год осталось бы 4,5 млн. птиц. Иными словами, отход за год составил бы 70%- При этих условиях за каких-нибудь 5 лет европейская популяция водоплавающей дичи перестала бы существовать. То же со временем произошло бы и с западносибирской и сибирско-казахстанской популяциями.

Однако хотя сокращение запасов водоплавающих у нас и имеет место, в действительности оно идет отнюдь не такими бурными темпами, как это следовало бы из показателей, приведенных Ю. А. Исаковым. Следовательно, они не отражают истинного положения в данной области.

Однако сравнительная оценка степени использования отдельных популяций дана Ю. А. Исаковым, по-видимому, правильно. Наибольшему воздействию пресса охоты подвержена европейская, за ней западносибирская и сибирская популяции. Об этом свидетельствует и количество охотников в указанных зонах, и размеры добычи птиц указанной группы, и целый ряд других показателей.

Было бы крайне интересно выяснить, отличаются ли перечисленные географические популяции друг от друга по половому соотношению уток. Однако данные по этому вопросу малочисленны и отрывочны. Попытаемся разобраться в них на примере кряквы и шилохвости, так как по их половому составу у нас есть материалы позднеосенних учетов, проведенных в двух пунктах: в Белоруссии, где обитают или встречаются на пролете птицы, принадлежащие к северной беломорско-североморской, наиболее слабо осваиваемой в охотничьем отношении популяции водоплавающей дичи, а также в Астраханской области и Азербайджане, где утки принадлежат к западносибирской каспийско-нильской популяции, стоящей на втором месте по интенсивности освоения.

В первом случае из 298 учтенных и определенных по полу крякв 155, или 52%, были селезнями, 143, или 48%,— утками. Из 261 шилохвости имелось 132 (51%) самца и 129 самок (49%). Таким образом разница в количестве птиц разного пола была небольшой. Среди крякв и шилохвостей, учтенных в Астраханской области, она была больше: из 383 крякв селезни составляли 55, а утки — только 45%. Из 236 шилохвостей самцов было 53%, самок — 47%.

В период весенних учетов было установлено, что преобладание селезней среди птиц этих двух видов еще более возросло.

В Белоруссии из 189 крякв селезней было 107, или 56%, а из 88 шилохвостей — 48, или 54%.

В Азербайджане селезни кряквы, составляли 58%, а селезни шилохвости 56%) числа учтенных птиц (237 крякв, 309 шилохвостей).

Следовательно, преобладание селезней среди учтенных крякв и шилохвостей было тем выше, чем интенсивнее осваивались охотниками их популяции. Эта закономерность представляет существенный интерес, если вспомнить о том, что при большинстве охот на водоплавающую дичь утки добываются чаще селезней.

Следует помнить, что кряква и шилохвость — виды, у которых по сравнению с другими представителями водоплавающих избирательность отстрела самок выражена наименее сильно. Во вторую половину осени ярко окрашенные селезни этих видов попадают под выстрел даже чаще, чем самки.

Преимущественная добыча самок серой утки, чирков, красноголового нырка и т. д. выражена значительно сильнее. Следовательно, и сокращение их числа после сезона охоты должно быть более заметным, что подтверждается данными весеннего учета. В Азербайджане из 230 пролетавших над нами и определенных по полу чирков-свистунков селезней было 60%, а уточек — 40%; из 64 свиязей первых было 62%, вторых — 38%. определенные выводы о воздействии охоты на состав поголовья животных можно сделать и при анализе добычи белки в районах с разной интенсивностью беличьего промысла.

В Бичурском (Бурятская АССР) и в Байкитском (Эвенкийский национальный округ) районах промысел белки в годы наших работ проводился регулярно.

В Закаменском и Прибайкальском аймаках Бурятской АССР для отстрелов этого зверька нами были выбраны участки угодий, значительно удаленные от населенных пунктов и не посещавшиеся охотниками в течение не менее 20—25 лет. Различия в половом и возрастном составе белок, добытых в этих двух группах районов, приводятся в табл. 41.

В районах, где запасы белки осваивались регулярно, в добыче было ясно выражено преобладание молодых зверьков, а самцы и самки встречались в более или менее равном соотношении. Там, где белки на протяжении многих лет не промышлялись, молодых было лишь на 18% больше, чем взрослых, а самцы численно явно преобладали над самками.

Таблица 41

Возрастной и половой состав белок, добытых в районах с разной интенсивностью беличьего промысла

Интенсивность беличьего промысла

Всего добыто белок

В том числе, %

по возрасту

по полу

старых

молодых

самцов

самок

Высокая

1174

28

72

52

48

Низкая

286

41

59

57

43

Поскольку в обоих случаях охота велась одним и тем же способом, и, следовательно, характеризовалась одинаковой избирательностью отстрела, полученные данные можно сравнивать. Они с одинаковой точностью отражают половой и возрастной состав опромышлявшихся популяций белок.

В первом случае многолетний промысел с избирательным отстрелом самцов и взрослых особей привел к тому, что в популяции увеличился удельный вес самок и молодняка. Во втором случае этого не было, и соотношение белок разного возраста и пола было совершенно иным.

Материалов, отражающих влияние избирательности добычи на состав поголовья других видов дичи, у нас нет, однако нет сомнений, что и на них это влияние сказывается.

Из приведенных нами примеров ясно, что во всех случаях повышенный отстрел какой-то группы животных ведет к сокращению количества представителей этой группы в популяции вида.

Если преимущественный отстрел самок водоплавающей дичи при осенних охотах ведет к изменению полового соотношения в пользу селезней, а предпочтительная добыча самцов тетерева и фазана снижает количество последних в поголовье этих видов, значит, вообще любая избирательность добычи для всех видов дичи ведет к снижению в популяции численности особей преимущественно добывающейся группы животных.

Об этом свидетельствуют и данные отстрела некоторых видов зверей и птиц. Для многих из них в ходе охотничьего сезона процент добычи наиболее часто попадающих под выстрел экземпляров того или иного пола и возраста постоянно снижается.

Так, для большинства уток удельный вес молодняка в добыче охотников в октябре на 6—10% ниже, чем в августе. У рябчика в августе молодые составляют 89%, а в ноябре только 73% убитых птиц.

У зайца-беляка удельный вес зверьков рождения текущего года падает с 93% в октябре до 45% в декабре Как бы ни менялись поведение, осторожность и опытность молодых животных по мере их роста, подобная картина все же отражает и изменения их численности в природе.

Мы ничего не говорили об изменениях под воздействием охоты состава поголовья дичи по биологической полноценности образующих его особей, так как не имеем данных о количестве дефектных экземпляров дичи в природе и об изменении их количества в зависимости от способа, которым ведется охота на тот или иной вид зверей и птиц. Нам также неизвестно, к каким последствиям для популяции ведет сохранение в ней или изъятие из нее больных и ослабленных животных. Поэтому об этом мы вынуждены рассуждать чисто теоретически.

Изъятие из состава популяции охотничьих животных биологически неполноценных особей должно иметь очень большое значение, так как снижает возможность возникновения массовых заболеваний, ведет к общему оздоровлению поголовья зверей и птиц и способствует увеличению темпов роста их численности. Вот почему селекционные отстрелы, т. е. отстрелы больных, престарелых и страдающих какими-либо уродствами животных, давно вошли в практику охотничьего хозяйства. Они широко применяются для лося, оленя, лани и других видов копытных. У крупных животных отличить здоровых зверей от неполноценных сравнительно легко: общий вид, поведение, характер линьки, развитие рогов и тому подобные признаки дают для этого достаточно оснований.

Значительно сложнее обстоит дело с мелкой пернатой и четвероногой дичью: подметить у взлетевшей птицы или убегающего зайца какие-либо особенности, характеризующие их биологическую неполноценность, удается крайне редко. Наблюдать же за представителями мелкой дичи, находящимися в спокойном состоянии, возможно обычно только с такого расстояния, с которого рассмотреть признаки болезни или уродства отдельных особей попросту невозможно. Следовательно, вести здесь селекционный отстрел методами, принятыми для крупных животных, нельзя. При селекции в популяциях мелкой дичи основой должны служить не внешние признаки обнаруженных зверей и птиц, а какие-то иные показатели.

Двадцатилетний анализ результатов добычи 16 видов водоплавающей, боровой, полевой и болотной дичи показал следующее. Различные способы охоты сами по себе в ряде случаев определяют очень высокий процент отстрела биологически неполноценных экземпляров. Так, мы видели, что при охотах с подхода, когда стрельба ведется по животным, подпустившим охотника на сравнительно близкое расстояние, в добыче отмечается высокий процент дефектных особей. Охоты, рассчитанные на активное поведение животных, на их частые перемещения по угодьям, подлет на звуки манка или к чучелам, такого селекционного эффекта не дают.

Объясняется это прежде всего разницей в поведении здоровых и неполноценных животных. Стремление затаиться от приближающейся опасности и нежелание покинуть выбранное укрытие в наибольшей степени свойственны экземплярам, по той или иной причине ослабленным. Бывает, что такие животные подпускают охотника буквально вплотную и поднимаются только в самый последний момент. Такое их поведение для охоты с подхода очень выгодно. Конечно, ослабленного зверя или птицу труднее поднять, но, подняв, гораздо легче убить.

Таблица 42

Количество дефектных животных, добытых при разных способах охоты

Способ охоты

Виды дичи

Всего

добыто

особей

В том числе биологически неполноценных

шт.

%

Охота с подхода

Кряква 

581

58

10

Чирок-свистунок

453

57

13

Остальные виды уток

139

30

22

Тетерев

318

72

23

 Рябчик

617

29

5

Серая куропатка

162

29

17

Зайцы русак и беляк

170

25

14

Охота на перелетах с манком и гончими собаками

Кряква

709

2

0,3

Чирок-свистунок

604

1

0,2

Остальные виды уток

720

11

1,5

Рябчик

401

0

0

Зайцы русак и беляк

168

4

2

Охота с лайкой

Глухарь

76

5

6

Тетерев

40

2

5

 

Ослабленные зверьки и птицы мало активны. Они не участвуют в перелетах, не реагируют на манок, стремятся к уединению. Поэтому при охотах, рассчитанных на подлет или подход дичи к охотнику, они почти не добываются (табл. 42).

Если сгруппировать всех добытых животных по сходству способа добычи вне зависимости от их вида, то увидим следующее.

Из 2440 животных, взятых при охотах с подхода дефектными оказались 300, или 12%. При охотах с лайкой из 116 птиц дефектных было 7, или 6%. Из 2602 животных, убитых при охотах, рассчитанных на активное поведение дичи,— 18 экземпляров, или 0,7%. Иными словами, селекционный эффект в первом случае был в 17 раз выше, чем в последнем.

Использование некоторых приемов при проведении охот может довести селекционность последних до очень высокой степени. Так, если охоты с подхода ведутся поздней осенью и при них стреляют только тех животных, которые поднялись не далее 20 м от охотника, то процент дефектных особей в добыче будет очень большим: у кряквы он достигнет 56%, у чирка-свистунка — 69%, у тетерева— 44% числа убитых птиц.

Это связано с тем, что к концу сезона большинство здоровых птиц уже настолько осторожно, что не допускают охотника на выстрел. Близко поднимаются экземпляры преимущественно дефектные. Селекционный эффект отстрела при такой охоте еще больше возрастает, если она проводится в местах раннеосеннего обитания дичи, в которых к сентябрю — октябрю остаются в основном неполноценные особи.

Нет ни малейшего сомнения в том, что изъятие из популяции неполноценных особей полезно, так как они либо все равно гибнут без всякой пользы в первую же зиму, либо могут явиться источником распространения различных болезней, особенно при очень высокой численности животных в угодьях.

Вот, пожалуй, и все, что можно сказать о значении выбраковки биологически неполноценных особей.

В III главе этой книги мы пытались установить связь между численностью животных разного пола и возраста и частотою их добычи. Выяснилось, что количественное соотношение в природе самцов и самок, молодых и взрослых экземпляров не объясняет избирательности их отстрела. Установив причину и степень избирательной добычи животных различных групп, мы можем утверждать, что предпочтительный отстрел тех или других из них в значительной мере объясняет особенности структуры популяции многих видов зверей и птиц.

Как же избирательная добыча, изменяя половой и возрастной состав животных, влияет на воспроизводственную способность популяции? К чему ведет тот непреднамеренный отбор, который осуществляется нами в процессе охоты? Ответы на эти вопросы освещает следующая глава.