Охота охотник оружие охотничье оружие охотничьи собаки трофеи добыча патроны порох ружье
Сейчас в чате 0 человек


Охота охотник оружие охотничье оружие охотничьи собаки трофеи добыча патроны порох ружье

Библиотека

 

II.

Описание рябчика, его разновидностей, помесей и выродков. — Заметка о дикуше

Рябчик настолько общеизвестная дичь, что нет никакой надобности в подробном описании его оперения, тем более что это заняло бы слишком много места. Оперение это настолько пестро, что трудно охарактеризовать его в немногих словах. Рябчик — тот же тетерев в миниатюре и имеет все главные родовые признаки обоих известных нам видов, т. е. глухаря и косача. Разница только в том, что самец и самка почти не отличаются друг от друга, чем отчасти приближаются к куропаткам. Общий цвет рябчика имеет много общего с цветом самок обоих видов тетеревов, но вместо рыжего цвета этих последних у него преобладает серый, светло-бурый и белый. Он даже еще пестрее, и эта пестрина, или рябь, общая обоим полам, и послужила, конечно, к его общеизвестному названию рябчик, рябец. Величиною рябчик уступает нашим куриным птицам: он менее серой куропатки и несколько более лесного голубя — витютня. У него также голая красная площадка вокруг глаза, более яркая и широкая у самца и бледная, очень узкая у самок и у молодых. Ноги (плюсны) на большей своей части покрыты перьями; хвост относительно длиннее, чем у куропаток и самок тетеревов, отчего рябчик кажется стройнее. Самец ростом несколько побольше самки и, кроме бровей, отличается более чистым цветом пестрин, черным подбородком (почка — у охотников), окаймленным белою полосою; кроме того, перья верхней части головы у него несколько удлинены и могут немного приподниматься, образуя заметный хохолок.

Кроме этих незначительных различий в росте и оперении, самец и самка рябчика имеют так много общего, что могут быть легко смешиваемы один с другою — обстоятельство, по мнению М. Н. Богданова, обусловливающее совершенно другие половые и семейные отношения, чем у глухаря и тетерева, оба пола которых имеют столь резкие отличия в величине и цвете перьев. В противу-положность названным сородичам рябчик, подобно большинству птиц, соединяется попарно. Действительно, эти резкие отличия полов замечаются у большинства птиц, самцы которых живут в полигамии и не принимают никакого участия в выводе детей; но нельзя, однако, сказать, чтобы это было общим правилом. Так, напр., хотя это справедливо относительно турухтанов, но не совсем верно относительно фазанов, самцы которых столь резко отличаются от самок, а также дупелей, имеющих тока, но почти не имеющих половых отличий. Кроме того, есть много пташек, живущих всегда попарно, самцы которых отличаются от самок едва ли не более, чем у тетеревов.

Что касается помесей рябчика с другими куриными породами, то они встречаются, по-видимому, гораздо реже, чем это замечается у тетеревов, что, конечно, находится в прямой зависимости от семейного образа жизни рябчика, соединяющегося парами. В монографии тетерева было уже говорено нами, что помесь рябчика и тетерева находится в музее Академии Наук, но, сколько нам известно, в Москве во все последние двенадцать лет не было привозимо такого ублюдка. Еще реже, вероятно, встречается помесь рябчика и белой куропатки, которая, по свидетельству Полякова, замечается иногда в окрестностях Водлозера в Олонецкой губернии.

Из разновидностей рябчика следует упомянуть о североамериканском и камчатском рябчике, который, но мнению Брема (старт.), составляет особый вид, названный Bonasia albigularis.

Главное отличие этого, впрочем, сомнительного вида состоит в том, что у самцов на подбородке нет черноты, а белое пятно. В общем цвете оперения существуют также некоторые отличия, зависящие отчасти от климата, частию от местности. Так, западноевропейские рябчики, как видно по описаниям и рисункам, значительно светлее, белесее наших среднерусских, которые, в свою очередь, заметно уступают рябчикам из северных губерний, Сибири и Урала, которые кажутся почти дымчатыми, отчего пестрины на них выделяются менее резко. Кроме того, по мнению многих охотников, рябчики, водящиеся в чернолесье, заметно темнее, чем живущие в хвойных лесах, что замечено также и у тетерь, которые в краснолесье всегда заметно рыжее. Самый темный рябчик привозится с Урала и из Сибири и известен в торговле под названием сибирского.

Независимо от этих, так сказать, местных и климатических отличий между рябчиками, как и между тетеревами и глухарями, встречаются и так называемые выродки, или князьки, составляющие, однако, большую редкость. Почти белые рябчики встречаются, напр., в Москве, куда привозятся сотни тысяч пар этой дичи, даже не каждую зиму. Чаще попадаются рябчики с белыми пестри-нами (Tetrao Bonasia varia), у которых эти белые пятна рассеяны по всему телу. И те и другие выродки встречаются, по-видимому, только между самцами, а князьки из самок замечались нами только между т. н. палевыми рябчиками (Tetrao Bonasia pallida), которые отличаются от обыкновенных основным желтоватым цветом оперения и гораздо менее резкою пестриною. Таких выродков, из коих, однако, многие отличаются единственно своею белесоватостью, каждогодно можно встретить в Москве до 30—50 штук.

С камчатским рябчиком не следует смешивать т. н. дикушу( Тунгуск. — карака; ороч. — краки; Якутск. — чаанти-куртуяга; у гиляков континента — пуеч и пыерк; на Сахалине — газемлъ; у гольдиев на Хингане — гача, ассингнья (?). ) — Tetrao canadensis var. Franklinfi Midd., Т. falcipennis Hartl., водящегося в большей части Амурского края, в Становом хребте, на о-ве Сахалине и, вероятно, во многих местностях Северо-Восточной Сибири. Как кажется, дикуша составляет видоизменение настоящего Tetrao canadensis, водящегося в Северной Америке, и отличается как от него, так и другого вариэтета (var. Franklinii Do-ugl) заостренными маховыми перьями (особенно 2-е и 3-е), более бурым цветом оперения и более оперенными плюснами. Оперение самцов пестрое, почти одинаковое с оперением самок, напоминающее оперение рябчика. У старых горло, щеки и перья, прикрывающие ноздри, черные; сзади глаза — белое пятно; красные брови очень резкие; верхняя часть тела — черная с широкими светло-бурыми каймами перьев, на задней части спины — с белыми ланцетовидными пятнами, образующими до 8-ми неправильных полос; рулевые (числом 16—18?) и маховые — черно-бурые; средние рулевые — с буроватою каймою; на конце хвостовых перьев — белое пятно. Грудь тоже с белыми поперечными полосами, брюхо почти белое. Самки немного меньше самца, рыжеватее и вообще пестрее, а также брови у ней не так велики. Величиною дикуша занимает средину между рябчиком и белой куропаткой; она несколько более и притом сравнительно толще первого.

Об образе жизни дикуши известно очень мало. Мы имеем только наблюдения Миддендорфа, из которых видна необычная доверчивость этих птиц.

«Встретив весною на Алданском хребте в первый раз птицу этого вида, — говорит наш знаменитый путешественник( См. «Путешествие на север и восток Сибири», часть II, «Сибирская фауна», стр. 293—294. ), — я застал ее токующей на земле среди небольшой лесной прогалины. Не более как в 15 шагах от меня на открытой поляне влюбленный самец выделывал все свои уморительные штуки: важно выступая, как индюк, он распускал и волочил по земле хвост свой, моргал побагровевшими глазами, щелкал и по временам даже фыркал. Затем настала пауза, в продолжение которой самцы других куриных пород обыкновенно бывают очень осторожны. Слезши с лошади, я быстро пробрался между деревьев, чтобы иметь возможность свободно выстрелить по птице прежде, нежели она укроется в чаще. Но самец спокойно глядел на меня и подпустил меня на несколько шагов, прежде чем вспорхнул. Летом на морском прибрежье я совершенно потерял из виду эту замечательную птицу, пока, наконец, в августе наткнулся на целую выводку, которая состояла из 8 штук и вылетела из кустарника, покрывавшего болотистую черную речку. В первом порыве радости я застрелил две штуки на лету, но потом положил ружье в сторону, отрезал с края ремня, на котором висел мой ягдташ, длинную ниткообразную полоску и привязал ее к пруту. При помощи этой петли я стащил с дерев всех остальных. Но заметьте, что первая из них два раза ушла от меня прежде, нежели мне удалось захватить ее. Ремешок был слишком эластичен: как скоро стащенная с дерева птица лежала на земле, петля расходилась, и Tetrao falcipennis 2 , шея которого опять освобождалась, снова взлетал на дерево, но не слишком скрывался. В том первобытном состоянии птицы, в котором я застал ее, она была не только неопытна, но и положительно глупа. За несколько лет до меня отряд казаков и якутов на возвратном пути из Удского острога встретил большую стаю Tetrao falcipennis (которые зимою, говорят, собираются в кучку, как тетерева) и, следуя известному правилу, стал из мелкопульной винтовки стрелять в них снизу вверх. Хотя понемногу перепадало на землю 76 штук, но остальные спокойно глядели на перепалку до тех пор, пока очередь дошла и до них. В этом отношении, как и во всем остальном, птицы эти совершенно сходны с канадскими курами (Т. canadensis), которых туземцы некогда стаскивали с деревьев петлями».

 

 

 

 


Библиотека
Copyright © 2002 — 2018 «Питерский Охотник»
Авторские права на материалы, размещенные на сайте, принадлежат их авторам. Все права защищены и охраняются законом. Любое полное или частичное воспроизведение материалов этого сайта, в средствах массовой информации возможно только с письменного разрешения Администратора «Питерского Охотника». При использовании материалов с сайта в Internet, прямой гиперлинк на «Питерский Охотник» обязателен.
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru